Сайт общественно-политической газеты Добровского района Липецкой области

ПОКРОВСКАЯ ОСЕНЬ

ПОКРОВСКАЯ ОСЕНЬ

pushk

avtog„Покровская осень“ — этот проект, начавшийся у нас в 2014 году, соединил в себе и чисто православные черты, и память о прародине Пушкина, которая волею судьбы оказалась в нашем крае, и любовь к творчеству поэта, и традиции, которые хранят в селе Коренёвщино и местной школе. Тогда, 14 октября 2014 года, впервые после многих лет разорения на месте храма Покрова Божией Матери был совершён  чин освящения и молебен. В этот и последующие дни в местной школе прошли уроки Веры, Надежды, Любви, экскурсии в пушкинском классе-музее, литературные встречи.

В прошлом году новая традиция была продолжена. Сегодня мы вновь начинаем „Покровскую осень“…

ТЕПЕРЬ МОЯ ПОРА

„Осень подходит. Это любимое моё время… Еду в деревню, бог весть, буду ли там иметь время заниматься и душевное спокойствие“…

„Ах, мой милый! что за прелесть здешняя деревня! вообрази: степь да степь; соседей ни души; езди верхом сколько душе угодно, пиши дома сколько вздумается, никто не помешает“.

Это — отрывки из двух писем с интервалом в девять дней Александра Пушкина другу Петру Плетнёву. Сначала, уезжая 31 августа 1830 г. в Болдино „без уверенности в своей судьбе“, Пушкин написал ему о своём — „жениха тридцатилетнего“ — душевном состоянии, о московских сплетнях, о расстроенных делах будущей тёщи. Потом обещал всячины, и прозы, и стихов“. Жаловался: „стихи с голоду не лезут, хоть осень чудная“, сообщал об „осеннем прилежании“, о „детородности осени“.

Судьбоносное для поэта время: посватавшись к шестнадцатилетней красавице, известной в высшем свете Наталье Гончаровой, и получив после отказов согласие, он должен был поправить своё материальное положение и для этого отправился в отцовское имение Нижегородской губернии, дававшее доходы, пусть и небольшие. Возвращение затянулось: свирепствовала холера, и на всякий проезд в Москву был наложен карантин до конца ноября.

А возвратясь 9 декабря, Пушкин в письме к Плетнёву из Москвы написал: „Скажу тебе (за тайну), что я в Болдине писал, как давно уже не писал. Вот что я привёз сюда: 2 последние главы Онегина, 8-ю и 9-ю, совсем готовые в печать. Повесть, писанную октавами (стихов 400)… Несколько драматических сцен или маленьких трагедий, именно: „Скупой рыцарь“, „Моцарт и Сальери“, „Пир во время чумы“ и „Дон-Жуан“. Сверх того, написал около 30 мелких стихотворений. Хорошо? Ещё не всё (весьма секретное). Написал я прозою 5 повестей“…

Перед вами хронология основных художественных произведений Болдинской осени 1830 года. В Болдино Пушкин прибыл в начале, может быть, третьего сентября, а уехал, видимо,  30-го ноября.

7 сентября — „Бесы“.

8 сентября — „Элегия“ (“Безумных лет…“).

9 сентября — „Гробовщик“.

13 сентября — „Сказка о попе…“.

14 сентября — „Станционный смотритель“.

18 сентября окончена 8-я глава „Евгения Онегина“, то есть путешествие Онегина.

20 сентября — „Барышня-крестьянка“.

25 сентября окончена 9-я по замыслу, в окончательной редакции 8-я глава „Евгения Онегина“.

26 сентября — „Ответ анониму“ („О, кто бы ни был ты…“).

1-10 октября — „Румяный критик мой…“.

2 октября — „Глухой глухого звал…“.

5 октября — „Расставание“.

7 октября — „Рифма“, „Отрок“, „Я здесь, Инезилья…“.

14 октября — „Выстрел“.

Первая половина октября — „Два чувства“.

Первая половина октября — „Когда порой воспоминанье…“.

16 октября — 3 декабря — „Моя родословная“.

17 октября — „Заклинание“.

19-31 октября — „Герой“.

20 октября — „Метель“.

19 октября сожжена 10-я глава „Евгения Онегина“.

Октябрь — „Домик в Коломне“.

23 октября — „Скупой рыцарь“.

26 октября — „Моцарт и Сальери“.

31 октября — 1 ноября — „История села Горюхина“.

4 ноября — „Каменный гость“.

6 ноября — „Пир во время чумы“.

27 ноября — „Для берегов отчизны дальней…“.

Таков итог первой Болдинской осени. Во время второй — в 1833 году — написаны „Осень“ („Октябрь уж наступил…“), поэмы „Анджело“ и „Медный всадник“, „История Пугачёва“, „Сказка о рыбаке и рыбке“, „Сказка о мёртвой царевне и семи богатырях“, переводы из Адама Мицкевича, „Пиковая дама“. Третья  осень — в 1934 году — дала „Сказку о золотом петушке“.

Недаром он называл осень „детородной“: к появлению на свет своих произведений относился как к рождению детей…

Но почему именно осень?

До сих пор учёные не могут разгадать эту загадку. Сам он пишет об этом в стихотворении „Осень“ так:

„Теперь моя пора“, — читаем мы. — …Сказать вам откровенно, из годовых времён я рад лишь ей одной, в ней много доброго; любовник не тщеславный, я нечто в ней нашёл мечтою своенравной. …И с каждой осенью я расцветаю вновь. …И пальцы просятся к перу, перо — к бумаге, минута — и стихи свободно потекут“.

Есть такая теория Всеобщей гармонии Вселенной, есть, по Вернадскому, теория Всеобщего информационного поля. Всё имеет свой стройный порядок, всё взаимосвязано и взаимодействует, подчиняется ритму Вселенной.

Так вот, наверное, и Покровская осень, его прародина,  питала своим провидением Пушкина, дав ему чистый воздух свободы хотя бы на время, когда он оказывался в Болдине, где Божия Матушка разворачивала над ним свой покров…

И РАСКИНУЛА СВОЙ ПЛАТ БОГОМАТЕРЬ

cerk…И когда пришёл последний час Покровскому храму, из близлежащих домов женщины побежали искать Ивана Павловича Овечкина. Он слыл мастером на все руки, хотя был не плотник и не столяр, а счетовод в колхозе. Но его рукам был подвластен карандаш, то есть самое главное в тот момент. „Ваня, уважь, срисуй матушку нашу, голубушку Покровскую“, — попросили его. Он не стал отнекиваться, церковь давно закрыли, в ней располагался склад, и вряд ли кто мог заподозрить Овечкина в интересе к объекту религиозного культа…

Вот так и сохранились в домах коренёвщинцев те несколько рисунков, на которых храм стоит нетленный и величественный. Как в 1858 году, когда после окончания строительства его освятили. Появился не на пустом месте:  в начале деревни Коренёвки (по имени владельца тамошнего поместья) стояла скромная деревянная церквушка, в документах значащаяся с 1723 года как построенная на средства Ксении Ивановны, дочери Ивана Михайловича и Марии Ивановны Кореневых и жены отставного поручика Ростовского пехотного полка Фёдора Петровича Пушкина, который получил это поместье в 1716 году как приданое. Через год у них родился сын, Алексей…

Сохранилась легенда о том, почему Ксения Ивановна построила церковь в честь памяти имени Покрова Божией Матери, правда, не во всём совпадающая с временными рамками. То ли сильно болел после раны, полученной в сражении Фёдор Петрович (от этого и скончался в 1728 году), то ли связано с малолетним сыном, но однажды, после бессонных молений, приснилась отчаявшейся Ксении Ивановне женщина, которая сняла со своих плеч белое покрывало и протянула ей…

Проснулась в слезах и снова молилась: „Укрой и защити нас, помоги нам Матушка Покровская…“.

Вот так и начался пушкинский род под сенью храма Покрова Пречистыя Богородицы, словно бы храня память о чуде в Константинополе, когда над собравшимися в надежде на спасение во Влахернском храме раскинула свой плат Божия Мать и даровала им жизнь…

Скромная деревянная церквушка, от которой остался ныне лишь колодец, сохранилась в истории и памяти.  Величественный каменный храм, построенный по проекту московских архитекторов в стиле классицизма (его украшали колонны, портики) — на рисунке. И это — редкая удача: когда храм начали крушить и разбирать на колхозные нужды, словно Божия Матушка Покровская вновь совершила чудо и позволила запечатлеть строгий и прекрасный образ…

ВОИНЫ, СТРОИТЕЛИ, ПАТРИОТЫ

Написать о своих предках было главной мечтой Пушкина, однако задерживали то одни дела, то другие, отвлекали новые темы, новые сюжеты. Из того, что он всё-таки успел, остались „Начало автобиографии“ и „Моя родословная“, в которой сошлось всё, казалось бы, очень разное: неутолённая мечта и долг перед матерью, защитить которую может только сын — так бывало во все времена. Соединились с мощной энергетикой осени его мысли, чувства, его кредо, его миссия, данная ему вместе с именем „Александр“, то есть защитник.

„Так как журналисты наши не дерутся на дуэли, я счёл своим долгом ответить анонимному сатирику, что и сделал в стихах, причём очень круто“, — так объяснил он в письме А.Б. Бенкендорфу, начальнику III жандармского управления уже через год, когда ненапечатанные стихи разошлись в списках.  Дело в том, что перед отъездом в Болдино, в августе 1830 года, в одном из журналов появилась статья о литераторе, претендующем на благородное происхождение… „Мать его — мулатка, отец которой, бедный негритёнок, был куплен матросом за бутылку рома. Хотя Пётр Великий вовсе не похож на пьяного матроса, это достаточно ясно указывает на меня, ибо среди русских  литераторов один я имею в числе своих предков негра“.

С достоинством, просто и мужественно, писал поэт и далее делал признание, которое мы не устаём цитировать и сегодня, потому что в нём весь Пушкин — патриот, обращённый к каждому из нас: „Я чрезвычайно дорожу именем моих предков, этим единственным наследством, доставшимся мне от них,  имя коих встречается на каждой странице истории“.

Мой предок Рача мышцей бранной

святому Невскому служил.

К слову, почти все предки поэта были воины.

Пушкины были среди тех, кто гнал поляков из Москвы,  звал Романовых на царство, были воеводами пограничных районов. И те, кто жил в нашем крае.

Фёдор Петрович, поручик пехотного полка, с которого и началась ветвь Пушкиных в Коренёвщине, Алексей Фёдорович в составе драгунского полка участвовал в войне с Турцией, брал Очаков, капитан, воевода Сокольского уезда; Мария Алексеевна, дочь Надежда, которая детские и отроческие годы провела в Коренёвщине до отъезда в Москву, где её руки попросил Сергей Львович Пушкин, троюродный дядя. В его роду тоже были люди военные, сам он — прапорщик, сержант, капитан-поручик, военный советник, а в отставку ушёл статским советником.

И вновь обратимся к „Моей родословной“, теперь уже к Ганнибалам, к маленькому арапу, попавшему в Россию, к Петру Первому.

Возрос усерден, неподкупен,

Царю наперстник, а не раб.

И был отец он Ганнибала,

Пред кем средь чесменских пучин

Громада кораблей вспылала

И пал впервые Навирин.

Речь идёт о старшем сыне арапа Петра Великого, Иване Абрамовиче. Сам же Абрам Петрович (Государь его крестил и дал ему отчество) дослужился до капитана артиллерии, занимался инженерно-строительными делами, стал первым инженер-генералом русской армии.

Его старший сын, Иван, — тот самый герой „чесменских пучин“. Тогда, 4 апреля 1770 года, в день Христова Воскресенья, была начата осада сильнейшей крепости турок — Наварина под руководством  морской артиллерии Ивана Абрамовича Ганнибала. Через шесть дней крепость пала. В Чесменской бухте в течении 24-25 июня 1770 года был окончательно разбит турецкий флот.

За успешные военные действия в войне с Турцией на Средиземноморье Ивана Ганнибала наградили орденом Святой Анны и ввели членом Адмиралтейств-коллегии. А за строительство Херсона на Днепре — орденом Святого Александра Невского.

Херсон, город-крепость, стал опорной базой русского военного флота на южной границе, колыбелью Черноморского флота, после чего было возможно присоединение Крыма к России и основание Севастополя…

Но Пушкин не был бы Пушкиным, если бы не поднялся выше гордости за своих предков и превратностей личного свойства. Он сумел собрать в своём стихотворении легендарных людей, которые оказались в нужный час и в нужном месте на перепутьях истории, есть нам. Не случайно ведь на том же листе Пушкин сделал набросок небольшого стихотворения „Моя родословная“:

Два чувства дивно близки нам,

В них обретает сердце пищу:

Любовь к родному пепелищу,

Любовь к отеческим гробам.

Просто и ясно Пушкин сказал о том, что любовь к прошлому — есть любовь к настоящему и будущему, а продолжение добрых дел своего рода — есть укрепление и продолжение России. В этом и есть патриотизм…  

 

horoscop 2009 free online movies horoscop 2010 | horoscop saptamanal | horoscop zilic | horoscop |

Get Adobe Flash player
Актуально

СПОРТИВНЫЕ СЕМЬИ СОБЕРУТСЯ В РАЙЦЕНТРЕ

Читать далее ->

Архив новостей
Сентябрь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Авг    
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930  

Реклама

Мы в соцсетях

Вконтакте