Сайт общественно-политической газеты Добровского района Липецкой области

ХРУМЧАЖНЫЕ СНЫ

Я тебя поцелула, когда шепчатый дождь покрупчал в окно…
— Ты можешь прожевать, а потом читать?! — возмутилась Кира. — Бредятина какая-то получается!
А, по-моему, прелестно: самое то, что надо. Поцелула вместо поцеловала — это же необыкновенное слово! Хм…

…Я тебя поцелула, когда шепчатый дождь покрупчал в окно… 
Кира тоже жевала, лопала, нямчила за обе щеки пиццу.
— А знаешь, — сказала она, облизывая с пальцев соус. — Первую пиццу сделали в Неаполе в каком-то махровом году, это была бедняцкая еда, хлеб и помидорный соус, по сути. Ну, а теперь эта еда в самой старой пиццерии Неаполя знаешь, сколько стоит?!
— Кир, а там вкуснее пицца? — спрашиваю, а сама смотрю, сколько уже Кирка кусков съела — вот прожорливая.

— Хмгмпфш! — чавкает она. — Конечно, там вкусней! Свежайший соус, понимаешь, да и сыр там тако-о-о-о-ой, ммм, а помидоры таки-и-и-ие! Солнечная Италия, ясное дело.
Кира уже много где побывала, её отец часто бывает в заграничных командировках и берёт дочь с собой. Кира — блондинка, никакая не крашеная, а самая настоящая, от рождения. Цвет волос у неё восхитительный. И кожа такая чистая, чуть загорелая, розовато-фруктовая. И грудь уже вполне привлекательных размеров. Не то, что я: бледная до зелени, с блеклой косичкой и тощая. Я много читаю и много мечтаю. Кирка говорит, что я тургеневская девушка. И это не комплимент.
Я тебя поцелула, когда шепчатый дождь покрупчал в окно…
— Погода отличная. Пойдём сейчас на речку, а вечером — на костёр, — скомандовала Кира.
У неё красивый купальник, новые туфли на каблуках, короткая юбка-шорты и замшевая жилетка с бахромой. И всё сидит на ней как влитое. А на меня даже купить что-то подходящее сложно. Не в детском же отделе закупаться в шестнадцать лет?!
— Кир, дашь на вечер свою жилетку? — не люблю просить, но прошу, так как сегодня новые парни придут на костёр, и я хочу их сразить.
—Бери, — позволяет великодушная Кира. — Только тебе ж велико…
—Нормально, сгодится! — радуюсь я возможности понтонуться.

— 2-85-15,— повторяю про себя,— 2-85-15,— лишь бы не забыть. Прихожу и записываю в блокноте рядом с выписками из Лермонтова и Ахматовой: 2-85-15. В коричневом блокноте теперь не только буквы, не только рисунки, здесь первые цифры, и это его номер, его номер, я поцелула тебя… И фонари маяками светили путь… А на реке лягушки озверели от страсти и теперь орут — не квакают, надрываются в темноте… И половинка луны так устало смотрит в окно… А комары чёрными точками на белом потолке затаились, ждут, сволочи, когда я выключу свет и лягу смотреть свои хрумчажные сны, а они кинутся на меня всей стаей и будут восторженно чавкать. А их комарий командир скомандует: 2-85! Марш! И 15! Чвафк! А я уже сплю, положив под подушку блокнот, наполненный мечтами и мыслями — моими и великих.

„Я готов был любить весь мир, меня не поняли — и я выучился ненавидеть“ (М.Лермонтов)
„Время, бархатный чёрный шар, катится скользкой дорогой“ (Элюар)
„От любви твоей загадочной, как от боли, в крик кричу, стала жёлтой и припадочной, еле ноги волочу“ (А. Ахматова) „Я не хочу на шахматной доске фигуркой быть“ (я)

— Доча, побольше пофигизма! — пожелала мне мама на День рождения. — Ты хорошая девочка, даже слишком, у тебя комплекс отличницы. Поэтому: побольше тебе пофигизма!
А я привыкла маму слушать, поэтому летом стараюсь не только учить английский и читать книги из сельской библиотеки, но и гулять, наблюдать, нравиться. Вот сегодня поплыли на лодке на Мельников сад, это местечко такое, где до революции жил мельник, там и сейчас большой яблоневый сад, а в высоком береге живут стрижи. Дом не уцелел, а вот в протоке между островами нужно быть осторожным: как гнилые зубы, торчат под водой сваи от старого деревянного моста. Налетишь на них — мало не покажется.
Кира сильная: без видимых усилий управляется с веслом. Сидит на хвосте лодки и только видно: широкий взмах и спокойное вжить — весло погружается в упругую воду, отталкивается от неё, а потом — рраз — поворачивается и словно рычаг, выравнивает движение лодки. Когда я сажусь рулевым, мы беспомощно кружимся посреди реки на потеху ребятишкам на берегу.

— Ничего, — утешает Кира. — Ты просто ещё не привыкла, научишься.
Чудесная, великодушная Кира! Золотовласая Кира!

— Смотри! Там твой, вчерашний, — вдруг говорит она. И я падаю, лечу, парю, но всё это никому не заметно, только спина напряжённая такая, ровная. А Кирка меня знает.
— Ну, чего ты?

А я чего…Титек у меня нету, в купальнике смотрюсь, как малёк плотвы, и если он чего в темноте не заметил — сейчас разглядит, и пиши пропало мои мечты. А он вон какой! На тарзанке мотается, потом делает сальто и — вжих! — дух захватывает от его полёта! И в воду входит, как в мои сны: смело и упруго.

—Ты, главное, виду не подавай, что рада его видеть. И страх не показывай. Держись  как ни в чём не бывало. Пусть сам подойдет. А ты спокойно так: а, привет, и ты тут? — советует Кира. А лодка неумолимо приближается к пляжу, и проплывают мимо стрижиные гнёзда, и заросли ежевики, и чья-то пучеглазая коза вытаращилась на меня, даже жевать перестала. Я сижу с такой спиной, что можно сразу в балет, и забываю дышать. А возле тарзанки — шум, смех и всплески воды. Я давно уже за Киркой наблюдаю и многому у неё научилась. Самому важному научилась, о чём Тургенев и Бунин ни гу-гу — быть женщиной. И вот тут, конечно, титьки очень помогли бы, но не они главное. Важно держаться уверенно, смело, обещать взглядом, но ничего не предпринимать самой, позволять — и ускользать, не навязываться, не просить. И уходить, если что не так, гордость  тоже нужна не меньше всего остального.

…Я тебя поцелула, когда шепчатый дождь покрупчал в окно…
Я расправила плечи, задрала подбородок и, улыбаясь всем и никому, вышла из лодки.

Анна Харланова

horoscop 2009 free online movies horoscop 2010 | horoscop saptamanal | horoscop zilic | horoscop |

Get Adobe Flash player
Актуально

ЯРМАРКА В ДОБРОМ

Читать далее ->

Архив новостей
Сентябрь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Авг    
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930  

Реклама

Мы в соцсетях

Вконтакте